Допрос Митрополита
Глава IV
12–13 июня 1922 года. Несколько часов обвинители и судьи допрашивали митрополита Вениамина. Своим ясным голосом он давал короткие и исчерпывающие ответы.
Карловацкий собор — собрание русского зарубежного духовенства, 1921 г.
12 июня 1922 года
Зачитан обвинительный акт, занявший 70 страниц.
Обвинение вменяет в «вину» Митрополиту то, что:
- он вступил в переговоры с Советской властью с целью добиться смягчения или аннулирования Декрета об изъятии;
- он при этом находился в сговоре со всемирной буржуазией;
- средством возбуждения верующих он избрал распространение копий своих заявлений.
Абсурдность обвинения даже в его формуле: преступным называется факт вступления Митрополита в переговоры с властью. Переговоры, властью начатые и закончившиеся соглашением с ней.
— Подсудимый гражданин Казанский, — вызывает председатель.
В зале сильное движение. Владыка поднимается со своего места и размеренным шагом, опираясь одной рукой на посох, а другую прижав к груди, выходит на середину зала. На лице нет признаков ни волнения, ни смущения…
12 и 13 июня
Несколько часов обвинители и судьи осыпают Митрополита вопросами. Своим ясным голосом он даёт короткие и исчерпывающие ответы.
Допрос ведётся главным образом в трёх направлениях:
- об отношении Митрополита к постановлениям Карловацкого Собора;
- об отношении Митрополита к декрету об изъятии церковных ценностей;
- об упомянутых двух заявлениях Митрополита в ПомГол и Смольный.
По второму вопросу Владыка заявляет, что он считал и считает необходимым отдать все церковные ценности для спасения голодающих. Он благословляет не кощунственный способ изъятия, а жертву.
Из дневника протоиерея Николая Чукова (будущего Ленинградского митрополита Григория): «Целый день мучили допросами Митрополита… Приехавший из Москвы обвинитель вёл себя настолько хулигански, так издевался, так был настроен разбойнически, что я удивлялся терпению Митрополита».
Так, в процессе утомительных допросов Митрополиту дают понять, что, назови он «редактора» или только отрекись от содержания — и будет спасён. Богоборцам необходимо уничтожить митрополита Вениамина морально.
Митрополит же решительно берёт всю «вину» на себя.
Рассказывает очевидец: «Был один момент, когда сердце перестало биться — председатель обратился к Владыке: «Призовите на помощь все силы ума, памятуя о последствиях, отвечайте на последний и решительный вопрос — Вы ли писали?» Лёгкий и светлый голос Митрополита контрастом звучит в напряжённой тишине: «Я несколько раз говорил вам, что я написал. Да я никому и не позволил бы вмешиваться в мои распоряжения в такую минуту».
С тем же невозмутимым спокойствием, со светлой улыбкой на устах, среди вздохов и сдержанных рыданий в публике, митрополит Вениамин возвращается на своё место.
